Парк сестренкиного детства

Утро сегодня так хорошо начиналось! И проснулась я сама, а не с незапамятных времен заведенной традиции от воплей младшей сестры (цветок жизни решил подбадривать окружающих воплями из репертуара знаменитых мартовских котов).
А сегодня все было тихо. Сестра даже улыбнулась мне и, демонстрируя непрерывную и прямо-таки бескрайнюю любовь, обняла меня и заворковала: «Крокозявочка ты такая…» Я даже не пыталась возразить. Дело в том, что термин «обняла» несколько многозначный. Меня, например, стиснули с характерным для сестры боксерским захватом, оставляя шанс лишь для дыхания. «Слушай, – прохрипела я, – между прочим, старших сестер защищать надо!» «Тебя еще нет в Красной книге!» – радостно объявила девочка, не ослабляя своих объятий, и принялась задумчиво жевать мои волосы.
Только я кое-как убедила ближайшую родственницу отпустить меня, как вдруг раздался звонок в дверь. Это был братик. «Я не предупредила? – заморгала ресницами сестра. – Ты и сама могла догадаться! Мы идем в парк!» Мы посмотрели друг на друга. Этого хватило для неожиданной мысли, что в ближайшее время моя жизнь станет ой как веселей… Не то чтобы птичка Обломинго задела меня крылом, а просто истоптала сухими натруженными лапами.
Дети, прыгая через две ступеньки, понеслись в парк. За ними, чувствуя себя последним Чичиковым, шла я. Тот хоть за мертвыми душами охотился, они не носились со скоростью пассажиров в электричке, удирающих от контролера. Я, конечно, предложила провести время с пользой, играя в шахматы, но мне тут же высказали дружное «фи».
«А вы меня на свадьбу свидетельницей пригласите?» – окликнула их я и тут же получила двойной подзатыльник от родственничков. Зато загрустившее было чувство собственного достоинства проснулось и расправило плечи. Я даже почувствовала, что выражение «последний чайник» больше не относится ко мне, и улыбнулась. Чем и разозлила «цветов жизни». Они, перемещаясь с грациозностью слона, заглянувшего в посудную лавку, подбежали ко мне и выхватили мобильный. Как говорится, лучшая защита – нападение из засады… Потом, перекидывая его из рук в руки, причем ловя телефон в самый последний момент, скрылись за деревьями. Я прикинула, что я сделаю с этой «рассадой», и пошла следом… «Где телефон?» – попыталась я вести переговоры. Откуда-то из глубины парка донеслось: «Если мы сказали, что не брали, значит, не отдадим!» Концептуальненько…
«Маньяк!» – вдруг завопили дети и, выскочив откуда-то, затолкнули меня в кусты. Ну да, что-то вроде «Дина, там в лесу стая волков-оборотней! Иди узнай, сегодня ли полнолуние!» Я огляделась. Невдалеке, видимо, тоже прячась от подрастающих родственников, сидел парень. Или не поэтому? «Нельзя их винить, они же дети», – прошептала я и попятилась назад.
«Ты их знаешь?» – удивился странный мальчик. Я остановилась. Честно сказать, выбирая между маньяком и двумя гиперактивными детьми, я выберу первого! Лучше ужасный конец, чем ужас без конца… Парень, приняв мое молчание за согласие, продолжил: «Они сюда забежали, долго хихикали, а потом ты появилась. Я думал, их моя девушка прислала, мы с ней в прятки играем!» Я с сомнением поглядела на него. Лет двадцать, не меньше. Хотя у каждого свои интересы… «Нет, с теми двумя я бы предпочла быть не знакомой», – вздохнула я и стала выбираться. Все оказалось не так страшно… Ей-богу, если бы здесь сидело еще три ребенка, которые, радостно хихикая, завопили в знак приветствия, я бы упала в обморок…
Я выкарабкалась на тротуар и с укором посмотрела на детей. «Мишенька! А я по тебе соскучилась! Ты как там?» – вспомнила обо мне сестра. Не знаю, что именно напомнило ей во мне мохнатого зверя, но, взглянув на детей, решила не спрашивать. Лучше я вообще бы не вылезала… Тем временем подрастающее поколение опять разбежалось в стороны, начав, очевидно, новую игру, в которой я должна буду принять самое деятельное участие…
…Только я не знаю, какой аттракцион меня ожидает на сей раз. Надеюсь, что в прошлые выходные не вышла компьютерная игрушка с каким-нибудь ужастиком, и дети не ее хотят воплотить в жизнь. И что сестра не научилась играть в «Контр Страйк»…