Культ красивого тела пришел к нам из античной традиции. В Древней Греции здоровое тело считалось показателем наличия в нем здорового духа. На Олимпиадах все спортсмены выступали неглиже – и тем самым стимулировали других граждан к физическому самосовершенствованию.
Античные скульптуры тоже подчеркивали совершенство человеческого тела: почти
все боги, философы и воины были изображены нагими. Прошло с тех пор много веков,
сей жизнеутверждающий культ старательно убивался – церковью, которая всегда
славилась пренебрежительным отношением ко всему телесному, советским мировоззрением
с его аскетизмом во всех аспектах человеческого бытия. Достаточно посмотреть
на звезд тогдашней эстрады – великолепные голоса, но убогий внешний вид. Об
эстраде и пойдет разговор.
С начала 90-х ситуация изменилась в лучшую сторону – античные красавцы воскресли,
а преждевременно состарившиеся «соловьи-питекантропы» ушли в прошлое. Как вроде
приятно видеть: на сцене поют аппетитные девчонки и ухоженные мачо. Они подают
хороший пример своим фанатам – в том плане, как надо выглядеть. И подростки,
которые стараются походить на своих кумиров во всем, начинают заниматься в спортзалах,
следить за своей внешностью. Девчонки занимаются фитнессом, чтобы догнать Жанну
Фриске или обаять Билана с Дрангой. С этой стороны сексуализация эстрады – это
неплохо. Но не затмевает ли глянцевое тело искусство? Не родись красивой?
Еще лет 15 назад высоколобые искусствоведы, румяные домохозяйки и прочие «господа
порядочные» напрягались на эстрадных певичек, охотно обнажавших свои прелести.
Бабки ругались: «Срамота!», православные чертыхались: «У-у-у, блудницы!», педагоги
бальзаковского возраста морщились: «Возмутительно!»… Мужички же телезрители
поддакивали, а сами тайком пялились в телевизоры. Человеческие страсти побороть
невозможно – «подрубая корни страстей, мы подрубаем корни жизни».
В основном моралисты поливали грязью полуголых эстрадных фанерщиц вовсе не из-за
благих побуждений, просто они им завидовали – их раскованности и привлекательности.
Но признайтесь, парни, девчонки, мужчины и женщины: для вас ведь не последнюю
роль играет внешность певца! Лично мне очень нравятся стройные исполнительницы
– а если они еще и хорошо танцуют, так это вообще здорово!
Ничего в этом предосудительного нет – парни всегда заглядывались на женщин.
Тем более эротизм в поп-музыке – канон жанра. Но, естественно, все должно быть
в разумных пределах: кое-что можно приоголить, но и кое-что нужно прикрывать...
Как говорил один священнослужитель: «Исподнее белье надо имети, да не всем его
показывати!».
Победа «биологии»
Красота не несет в себе ничего разрушительного и безнравственного, хотя ее
и принято называть «страшной силой». Ей принято любоваться.
Страшно другое... Ведь мы же говорим об эстраде. А в песенном искусстве главное
– голос. Уже в начале 90-х произошла подмена источника эстетического наслаждения.
Людей стало интересовать не качество исполнения песни, а пышные формы и смазливая
внешность исполнителя. И неважно, о чем поет милашка, и уж совсем неважно, что
петь-то она вообще не умеет. Главное – охи-вздохи, бедра и личико! Вокальные
данные отошли на второй план. Победила «у-у-у, биология!», и об этом радостно
вещает нам с телеэкранов «ВИА Гра».
Песенное искусство и само стало чем-то вроде этого средства для хорошей потенции.
Все – от Лолиты до Бьянки, от Фриске до «Фабрики» – стали провоцировать «пивного
лелика» на мысли сексуального характера. В его голове не песня, а образ обнаженной
бестии, исполняющей эту песню. Но ведь песенное искусство должно пробуждать
в человеке катарсис совершенно другими средствами – многодиапазонным голосом,
проникновенной мелодией и грамотной аранжировкой. Интересное шоу и томные вздохи
– это уже другой разговор: это форма подачи, а не содержание.
Искусствовед Александр Лаэртский обозначил эту нехорошую тенденцию: «В результате
сексуализации эстрады происходит обесценивание творческого потенциала человека
вообще. Публика начинает требовать сиськи и только сиськи – и больше требований
к исполнителю никаких не предъявляет. Потому и снижается исполнительский уровень,
а следовательно и статус отечественной поп-музыки, которая превратилась в «парад
поп». Если бы у всех наших красавиц были голоса, как у Ларисы Долиной, я бы
и слова не сказал. Я бы очень гордился нашей поп-сценой».
Боди-арт?
Я не строгий цензор и, каюсь, не ценитель Шаляпина и Кабалье. Но считаю, что
петь должны уметь все – все, кто мелькает на «Голубых огоньках» и «Песнях года».
Петь, а не мяукать, не кудахтать, не пришептывать по-цыгански, не ныть по-булановски,
не декламировать по-моисеевски, а попадать в ноты и делать это красиво. А раскрывать
рты под музыку мы и сами умеем.
Мы вовсе не являемся законченным клерикалом и не считаем, что эротика есть зло.
Но пусть это искусство существует обособленно – в форме плакатов, в форме видеофильмов,
в форме боди-арта, в живописи.
Песня есть песня. Тем более она – продукт духовного мира, а не физического.
Возможно, скоро пышногрудые бестии всех достанут – номер с «разоблачением» больше
проходить не будет!
Похожее мнение имеет и знаменитый продюсер Бари Алибасов: «На эстраде эротики
должно быть в меру: какие-то ее элементы (иногда ощутимые) должны присутствовать,
но сейчас ее слишком много. Так много, что весь шарм исчезает. Но людям пока
не надоели красивые тела, они продолжают с удовольствием смотреть на «Блестящих».
Они смотрят на их груди, и им безразлично, что там они мурлычут!»
НО!
Вроде все «расчехлили»: девочки – налево, мальчики – направо. «Голая эстрада» вполне безобидна. НО нужно ограничить доступ детям к просмотру откровенных клипов. Они же – губка. Все впитывают, всему стараются подражать. И сделать это нужно на уровне законодательном! Например, показывать клипы «ВИА Гры» только в ночное время. А про «анатомию» и «биологию» дети и сами узнают когда-нибудь. Но пусть не в пятом классе, а гораздо позже…