Хочешь сладких апельсинов? Иди полоть грядки!

– Александр Александрович, какие выводы, полезные для нашей области, вы можете сделать по окончании съезда?
– Во-первых, Москва нас не только поддерживает, но и взяла на себя труд стать координатором возрождающегося стройотрядовского движения. Во-вторых, если раньше это называлось Всесоюзным движением студенческих отрядов, то сейчас стройотряды должны стать монолитом, назвавшись Российским студенческим отрядом, который, естественно, будет состоять из отрядов конкретных городов, вузов, ссузов и т. п. Кстати, на съезде был принят устав общественного движения «Российский студенческий отряд». В-третьих, на это благое дело будут выделены средства из федерального бюджета…
– И есть уже какие-то конкретные цифры?
– Пока еще нет, но… Словом, имеется информация, что Александра Буратаева, вошедшая в правление Российского студенческого отряда от Южного федерального округа, выбила дополнительно 10 млн рублей. Но к какой цифре надо приплюсовать эту «десятку» и пойдут ли эти деньги непосредственно «на Юг» – остается пока неизвестным. Увы, если это вся сумма, которая причитается Южнороссийскому региону на возрождение стройотрядовского движения, то это довольно скромная цифра. Поэтому…
– Поэтому, получается, что спасение утопающих является делом рук самих утопающих? Остается надеяться только на собственные силы и средства?
– Естественно. И в этом направлении уже кое-что делается. Например, в начале марта постараемся заключить договоры с администрациями детских баз отдыха, пансионатов, гостиниц и турбаз Краснодарского края, чтобы летом на побережье работали будущие волгоградские педагоги, медики, инженеры, словом, все студенты, желающие во время каникул поправить свое финансовое положение. Планируем, что в педагогические и отряды сервисного обслуживания войдет 250 человек.
– Но для Волгоградской области 250 вакансий – капля в море! Кроме того, стройотряды 60–80-х основной упор делали все-таки на строительство жилья и всевозможных социальных объектов, а не на сервис и маркетинг…
– В середине марта я планирую выйти на местные строительные компании, чтобы они выделяли определенное количество рабочих мест для студентов. Также есть задумка выйти с подобным предложением на руководство Комитета по строительству, чтобы, выделяя тендеры, предпочтение он отдавал директорам тех строительных организаций, которые обеспечат летний приработок будущим инженерам, педагогам, врачам, юристам, журналистам, экономистам…
– Хорошо. А насколько светлым рисуется летнее будущее для «сельхозников»?
– Вы имеете в виду студенческие отряды сельскохозяйственной направленности? Здесь самая большая проблема – в заниженных расценках. Фермеры уже давно осознали: если за трудоемкую прополку лука или огурцов платить копейки, то от работодателя сбежит даже привыкший к изнурительному труду таджик или узбек. Поэтому вне зависимости от национальности, фермеры за качественную работу платят по 100 рублей в день. Что касается руководителей уцелевших колхозов и совхозов, то, увы, они для оценки труда сезонных рабочих предпочитают пользоваться справочником образца 70-х годов прошлого века. Но даже если предложенные там смешные суммы умножить на коэффициент деноминации да прибавить какую-никакую премию, то получится не больше 60 рублей за день. За такие деньги мы не привлечем сегодня на помидорные и капуст-ные грядки студентов. Поэтому наша задача в плане сельскохозяйственных отрядов – не только выйти к руководителям хозяйств с инициативой брать на поля молодежь, но и спровоцировать их на пересмотр расценок стройотрядовского труда.
– Думаете, они согласятся?
– Думаю, что речь здесь идет не о «хочу – не хочу» конкретного человека, а о важном звене, которое составляет «молодежную политику». Ведь большинство негативных явлений, захлестнувших сегодня нашу молодежь, – наркомания, преступность, ВИЧ-инфекция, проституция – корнями уходят как раз в безденежье. Все проблемы от безделья. Нынешние парни или девушки, поступившие в вуз или колледж, рады бы были поработать где-то честно и качественно, но, увы, им этой возможности никто не дает. Остается один выход – решать свои финансовые или досуговые проблемы криминальным способом.
– Александр Александрович, напоследок вопрос «на засыпку». Могут ли в работе нынешних студотрядов принимать участие ребята, которые, увы, не являются студентами?
– Вы имеете в виду тех, кто «вылетел» из вуза или ушел в академический отпуск? Думаю, если они обратятся в «родной» вуз, то летом вполне смогут поехать работать. Правда, даже если такие ребята будут трудиться очень хорошо все три месяца, и в материальном эквиваленте это выразится в 12–15 тыс. рублей, проблемы с дальнейшим заработком не решатся. Все равно по окончании сезона, в сентябре-октябре, несостоявшемуся студенту надо будет устраиваться на постоянную работу. Однако стройотряд дает пусть малый, но опыт!
А это нынче тоже дорого стоит…