Максим Кротов: Сначала был звук, потом – характер и судьба

Увы, объяснить жителю Нью-Йорка предназначение отчества в русском имени оказалось делом сложным. И проблема заключалась не только в его оставляющем желать много лучшего русском языке. Джек, как человек, мыслящий рационально, искренне удивлялся, зачем тратить драгоценную языковую энергию на выговаривание лишних звуков-фонем. Если это – дань вежливости, то достаточно обращения «вы», которое и так присутствует в русской речи на каждом шагу. Если отчество – это напоминание о наличие у этого человека конкретного отца с таким-то именем, то зачем вспоминать о ненаглядном папеньке так часто? Если Максиму Валерьевичу приятно слышать именно такую форму обращения к себе, любимому, то…
– Собственно, Женька-Джек натолкнул меня на проблему, над которой я, будучи до мозга костей физиком, а не лириком, никогда не задумывался. Ведь, действительно, как меняется мое отношение к себе и чьей-то просьбе, если вместо короткого и почти приказного: «Макс, почини дисковод!», я слышу: «Максим Валерьевич, почините дисковод!». Осознав это маленькое психологическое открытие, я обратился за разгадкой к филологам – ребятам, работающим при лингвистической лаборатории «Глагол» нашего госуниверситета. Они посоветовали мне взять на вооружение осциллограф – прибор, который такой же зубчатой линией, как кардиограмма, может изобразить на бумажной ленте любой звук или сочетание звуков. Сначала мы «прогнали» на осциллографе весь алфавит. Все полученные ломано-зубчатые рисунки звуков заложили в компьютерную программу, отнеся небольшие погрешности на личностные особенности голоса. Ведь, например, звук «О» один человек произносит как священник с амовона, а другой – коротко и удивленно. Следующим этапом нашего странного исследования стало то, что мы стали «просить» компьютер изобразить в виде осцилло-графического рисунка полностью то или иное отчество. Ничего интересного! Одни кривые линии…
– Максим, почему вы не обратились сразу к анализу сочетания имени и отчества?
– Эта во всех отношениях светлая мысль пришла к нам позже. Когда мы стали анализировать разные сочетания имен и отчеств, то наш прибор стал показывать более интересные рисунки. Если в трех словах, то имеющиеся в имени и отчестве одинаковые фонемы выдают, соответственно, одинаковые рисунки. Особенно эта «похожесть» заметна на примере согласных фонем. Мы совершенно не представляли, что значит такая закономерность, поэтому решили обратиться к трудам достойных исследователей имен – Павел Флоренский, Пьер Руже, Борис Хигер. Все они в той или иной степени утверждали, что за каждым звуком закреплена определенная характеристика.
– Например?
– Например, «А» – символ начала, сила и желание что-то начать и осуществить, стремление к духовному и физическому комфорту. «Д» – основной ориентир на семью, стремление оказать помощь, некоторая капризность в отношениях, склонность к экстрасенсорике. «П» – богатство идеями, сложившиеся устойчивые мнения, способность ума к обобщениям, стремление постигнуть действительность в ее целостности. «Ц» – лидер, склонность к заносчивости и самомнению, отсутствие способности существовать в одиночестве. «Ш» – особенная внимательность к жизни, умение по малому намеку верно оценить происходящее, скромность, способность устраивать свои дела без лишнего шума и суеты, прекрасно развитое чувство юмора.
– Любопытно, и как же осциллографический рисунок имени и отчества будет связан с ономастической характеристикой, закрепленной за каждой фонемой?
– Очень просто. Осциллограф рисует фонему, которая в том или другом сочетании имени и отчества превалирует. Например, это – юноша, которому очень приятна фонема «Н», а это барышня, влюбленная в «П». Можно сказать и по-другому: перед нами – психо-лингвистический тип «П», а вот это – «Н».
– Так зачем нужен прибор, если я и так определю, что Анне Николаевне очень приятна фонема «н», которая аж три раза повторяется в ее имени и отчестве, следовательно, она психо-лингвистический тип «н»?
– А вот здесь вы ошибаетесь. Да, очень часто «любимый звук» появляется из имени и отчества, ведь в мозге человека закрепляется реакция: если несколько раз употребили «твою фонему», значит, ты кому-то нужен. А заботиться о ком-то для человека также важно, как кушать и спать. Но трудяга-осциллограф частенько подкидывал нам случаи, когда в силу определенной расположенности гласных и согласных фонем или в силу других обстоятельств «главной» оказывалась вовсе не повторяющаяся фонема. Особенно, если во внимание брались не только имя и отчество, но и фамилия человека. Ведь каждая конкретная фонема имеет свою силу в герцах. И звонкую согласную фонему «Б», увы, не перекроют даже две фонемы «Ш».
– Максим Валерьевич, вы можете на конкретном примере проиллюстрировать, как выглядят психо-лингвистически не очевидные сочетания имени и отчества человека?
– Пожалуйста, Максим Валерьевич Кротов, то есть ваш скромный слуга. Если бы не приятель-осциллограф, то записали бы вы меня в друзья к фонеме «М». А это значит: заботливая натура, стремление оказать помощь, иногда застенчивость, преодоление искушения стать центром всеобщего внимания. Ничего подобного! Гораздо важнее для меня фонема «Р» – способность не обманываться внешними представлениями, умение вникать в сущность, самоуверенность, стремление к активным действиям, увлеченность, храбрость, авантюрность, склонность к догматизму в суждениях. Кстати, последнее очень неприятное качество я стал замечать в себе только после того, как меня, образно говоря, пристыдил за это компьютер. Когда мне намекали на догматичность близкие, я отмахивался, напротив, обвиняя их в мягкотелости.
– Напоследок вопрос, с которого все началось: почему лично вам приятно, когда к вам обращаются Максим Валерьевич?
– Фонема «Р», хоть в одном экземпляре, но присутствует в моем отчестве. Вот она мне, родимая, и приятна. А повторяющаяся «М» выглядит как приятное дополнение. Да, эти качества, за которые отвечает «М», присутствуют в моей натуре, но не так ярко. Ситуация выглядела бы по-иному, если бы я, положим, носил фамилию «Молотов» или «Мотов». Но, согласитесь, тогда это был бы уже и не я. Возьму на себя смелость по-другому истолковать первую фразу Библии: «Сначала было слово, и слово было Бог». Теперь я понимаю ее так: «Сначала была фонема (или звук), и фонема была именем, и давала человеку характер и судьбу». Не верите? Тогда приходите ко мне: познакомлю с осциллографом и нашей компьютерной программой «Что в имени тебе моем?».