Первая любовь Дон Жуана

Недавно мы имели удовольствие видеть творение одного из талантливейших режиссеров нашего времени Романа Виктюка – «Последняя любовь Дон Жуана, или Эшафот любви». Роль Дон Жуана исполнил ведущий актер Театра Виктюка Дмитрий Бозин.

Спектакль поставлен по пьесе французского драматурга Эрика-Эммануэля Шмита. Он о том всепоглощающем чувстве, которое люди назвали любовью. Дон Жуан, зажигая любовь в сердцах женщин, сам никогда не любил и невыносимо от этого страдал. Он ждал, когда хотя бы одна из 8341 жертв его таланта обольщать остановит его. В старом загородном замке старая герцогиня собирает еще пять женщин – «жертв» Дон Жуана с целью наказать героя-любовника. Они учиняют суд над человеком, который некогда дарил им счастье. Они помнили его всю жизнь, и не потому, что любили, а потому что ненавидели, ведь он их бросил. Для него это была не более чем охота – женщины, как кролики, сами готовы были лезть в пасть удаву, лишь бы удостоиться его внимания. Наказать дамы решили своего бывшего любовника, женив на одной из его «свеженьких» жертв – Анжелике. Но… Анжелика не хочет принимать от Дон Жуана эту жертву, ведь он ее не любит.
Режиссер мастерски посмеялся над всем женским родом. При виде своего возлюбленного дамы превращались в лепечущих дурочек, забывая о своем уже почтенном возрасте, предаваясь воспоминаниям, они вновь и вновь переживали то ли трагедию всей своей жизни, то ли счастье… Но, как выяснилось, за 5 месяцев и 28 дней до описываемого события произошло нечто, что перевернуло жизнь Дон Жуана, – он встретил человека, которого полюбил всем сердцем… И может ли иметь значение такая маленькая деталь, как пол, если есть то, ради чего жить все-таки стоит – любовь!
Дмитрий Бозин, отыграв спектакль, ответил на наши вопросы. Диалог часто переходил в монолог артиста, пускающегося в философские дебри. Казалось, что он имеет огромное удовольствие от того, что люди вокруг слушают его, затаив дыхание.
– Дмитрий, как глубоко вы погрузились в эту роль?
– Я не так давно ее играю, это не Саломея, спектаклю всего ничего. Думаю, что влияю на Дон Жуана больше, чем он на меня…
– Вас устраивает ваш мир?
– Больше всего на свете я боюсь встретить инопланетян и убежать. Я этого не хотел бы. Наоборот, я хочу их встретить и пойти за ними.
– А как вы в таком случае относитесь к религии?
– Я знаю прекрасную науку и религию бахаидов, которые сказали, что на нашу планету пророки приходили в каждую страну по мере готовности страны, и это тоже достаточно точно. Я не крещен не потому, что мне не нравится христианская религия, а потому что мне нравятся все религии, существующие в мире. Я благодарен Роману Виктюку, что он не заставил меня принять свое учение, он сказал: «У тебя будет свое, и живи в нем. А я буду просто твоим режиссером, я научу тебя как, но я не буду говорить тебе что».
– А какое у Виктюка учение?
– Об этом не хватит жизни рассказывать. Это мои 33 года и его 69. Он свои знания получал от Тереховой, Гафта, великого Филипенко. Меня тоже учили люди, с которыми я виделся, и музыканты, которых я слышал. Есть маленькие крупицы мудрости у Джанис Джоплин, есть крупицы у Рея Чарльза, в нотах Елены Образцовой и в ее словах, но больше в ее дыхании.
– По каким принципам вы живете?
– Дело в том, что есть очень простой принцип: Маугли охотился, когда был голоден, и плавал, когда ему было жарко. Это и есть принцип человеческого режима жизни. Я знаю, что есть необходимость, и знаю, что для того, чтобы достичь какого-то результата, я буду это делать каждый день, потому что это мой путь. Чтение книги – это тоже часть моего пути, но книга более случайна, чем тренировка, ибо она, как и человек, приходит в нужный момент. А тренировка – это твое собственное задание твоему собственному телу, чтобы об этом не думать каждую секунду, что вот, ах, я же не тренирован.
– Во время спектакля вас снимали на камеру…
– …моя супруга. Это техническая необходимость – я должен следить за происходящим.
– А Виктюк не занимается такими съемками с целью разобраться, все ли сделано правильно?
– Нет-нет, ребенок родился и живет сам, даже мою дочь нельзя контролировать, это бесполезно и не надо. Он может слушать, как я слушаю свою дочь, так он стоит за кулисами, иногда с закрытыми глазами, и слушает, как идет спектакль, но он практически никогда уже не дает советов. Этот ребенок уже живет своей жизнью.
– Что вам нужно для комфортного проживания?
– Ничего, я спартанец.
– Вы никогда не думали о том, чтобы перейти играть в другой театр?
– Сейчас я занимаюсь этим и могу приложить максимум своих умений – спортивных, умственных, душевных. Именно в этом театре я могу их использовать. Поэтому я 12 лет актер этого театра, ни в каком другом все эти умения от меня пока не потребовались. Там возьмут часть, здесь берут всю палитру. Мною сыграно порядка 12 спектаклей с Романом Виктюком, и каждый из них давал возможность меня использовать чуть иначе. Поэтому сейчас это моя работа.
– Поступали ли предложения сняться в каком-нибудь фильме?
– Я этого не умею делать. Я сыграл частного сыщика в 12-серийном фильме «Веревка из песка». Как ругался режиссер, это непередаваемо! Его тошнило, когда он монтировал со мною кино.
– Вы чувствуете, когда на сцене делаете что-то не так?
– Федерико Гарсия Лорка сказал: «Когда свобода приходит, ее замечают сразу и все». Следовательно, когда она не приходит, это тоже все видят. Актер голый на сцене, хоть в скафандр залезь. Вы всем залом меня сканируете, как же я вам совру?