Свою жизнь он измерял званием гардемарина

...Мальчик, способный к Великому Служению, рождается снова и снова в каждом из нас, когда мы появляемся на свет. Но путь тяжел, и мы затаптываем этого Мальчика в себе и других. Жизнь растаптывает и распинает. Гасит Божью искру, и потому исчезает надежда на воскресение...
А может быть, истина как раз заключается в том, чтобы не терять Мальчика в душе? Тогда не страшным будет Путь. И если уж кому-то суждено спасти мир и познать смысл бытия, то именно мальчикам – тем, кто владеет вечностью...
«Лоцман», Владислав Крапивин
... Субботний день 23 апреля был для начальника лагеря «Штормовой» Всероссийского детского центра «Орленок» Алексея Соловьева днем отпуска. С самого утра его не покидало это странно-легкое «каникулярное» настроение – еще бы, подписаны неотложные бумаги, переделаны текущие дела, реализованы ближайшие планы. Например, чудесно прошла смена юных моряков России «Гардемарины, вперед!». Кстати, участниками этого зимнего сбора стали ребята из Башкортостана и Удмуртии, Чеченской республики и Санкт-Петербурга, Архангельской, Оренбургской, Волгоградской, Свердловской, Воронежской и Ленинградской областей, Костромы и Санкт-Петербурга.
Удивительно, но почетное звание гардемарина получили в основном ребята из волжских степей: Андрей Краснокутский, Татьяна Меркулова, Альфия Алимбекова. По итогам смены был выбран лучший юный моряк Сбора-2005. Им стал опять же Даниил Бушмелев из г. Ленинска Волгоградской области. Правда, стать лучшим – это, конечно, хорошо, но не самое главное. Главное, чтобы на всю жизнь в тебе остался девиз гардемарина: «Жизнь – Отечеству, честь – никому!».
...Мысли, закрутившись вокруг детей и любимой работы, скакнули дальше. Сегодня его, «капитана Соловьева», ждало небольшое приключение. Алексей Юрьевич хотел отправиться в станицу Коневской, где есть уникальный крытый каток. Он любил посещать его. Жаль, что никто из родных и друзей не сможет составить ему компанию.
...На достаточно широком участке дороги в районе населенного пункта Горячий Ключ в автомобиль начальника «Штормового» врезалась другая машина. «Капитан Соловьев» получил травмы, не совместимые с жизнью... По свидетельству врачей, он умер мгновенно, не успев осознать, что же с ним произошло.
...Известие о гибели «Капитана» в первый момент казалось ошибкой и полной нелепицей. Ну, не может не стать на этом белом свете человека, воспринимавшегося и взрослыми, и детьми как незыблемая светлая крепость. Человека, который всегда жил по единым законам Добра, Чести и Справедливости. Он сумел создать в лагере «Штормовой» настоящий мир, побывав в котором дети и взрослые становились Настоящими. Настоящими Мальчишками и Девчонками. Либо, испугавшись собственной ничтожности, бежали из «Штормового» без оглядки! И дело здесь было не только в уроках «Школы старого боцмана», когда изучались традиции Российского флота, основы мореходной астрономии, самообороны, шлюпочная подготовка – в конце концов, любые науки можно выучить... «Капитан Соловьев» не допускал лжи и компромисса. Ни на палубе «Штормового», ни за ее пределами! Наверное, именно таких людей называют бескомпромиссными. В нем не было фальши, как нет ее в огромной перевернутой чаше лазурного Кавказского неба, переливчатом золоте песка и бескрайней глади честного и чистого моря.
Он всегда любил делать все сам. Начиная от оформления сцены на общелагерном мероприятии и заканчивая кладкой кафеля. Ходят легенды, что строители-плиточники потребовали от Соловьева эскиза, как должны были выглядеть сине-желто-голубые стены на морском гальюне. Он искренне удивился: «Ребят, ну не как в больнице! Должно быть весело и светло!». Строители забузили. Тогда Соловьев засучил рукава и стал выкладывать плитку сам. Перемежая сине-желто-голубые квадраты так, чтобы было похоже на море, солнце и песок. Как вспоминает о Соловьеве его коллега А.Л. Малков: «Историк в Алексее сидел прочно, всегда. И еще – воспитатель. Общение с детьми всегда отличало его, было чудесной подпиткой творчеству. Он всегда сам готовил музыкальные вечера, дискуссии, сам их проводил – это было интересно. По натуре не очень общительный, даже замкнутый, он раскрывался с детьми. И сутками был на работе. «Леша, нельзя столько работать, у тебя дом, семья...» Он только отмалчивается…».
... Соловьева похоронили на кладбище на горе с видом на море. И по традициям морских офицеров. Смерть настигла Алексея Юрьевича так внезапно и нелепо, что приехать проститься с ним смогли далеко не все.
Вспоминаются слова его дочери Гали, также имеющей звание гардемарина: «Капитан, спасибо тебе за то, что научил любить море! Оно очищает людей от фальши. Мы клянемся быть настоящими. Свою жизнь мы будем измерять званием гардемарина!».

Лагерь «Штормовой» – детище Алексея Соловьева

(Благодарим за помощь в подготовке материала всех, кто знал А.Ю.Соловьева: Елену Романенко, Вадима Евтушенко, Марину Бакурскую и многих других «орлят».)